| © Издательский Дом "Первое сентября" 36/2000 |
|
– Прежде всего хочу сказать вам, что
для меня такие встречи – дело новое. Я впервые
нахожусь в такой обстановке, встречаюсь с такими
людьми, как вы. Когда я сюда шел, то
сам себя спрашивал:
куда я иду и что буду делать? Я, собственно, и не
знаю, чем я могу быть вам полезным. Если это
касается знаний, образования, то вы сами – люди
образованные, академики. Мы, монастырские люди,
по отношению к вам, конечно, невежды, занимаемся
только с простыми людьми, людьми простого
сословия. Сейчас жизнь сложная и тяжелая, люди
испытывают большие переживания, неприятности
как в семейной, так и в духовной жизни. Поэтому
приходится утешать людей, как-то их увещевать,
чтобы они уповали на милость Божию... Вот,
собственно, и все, чем мы занимаемся. Так чем же я
могу быть вам полезен?
– Это же все лишнее, это не относится к душевному спасению...
– К экуменизму я отношусь, конечно, отрицательно, негативно отношусь...
— Подчас мы повинуемся греху, раболепствуем ему: не хотим делать, а тем не менее грех, страсти, худые наклонности, они сами по себе уже влекут на худое дело. Это объясняется растлением нашей природы. Греховность глубоко пустила в нас корни. Что делать? Только один путь – работать над собой, бороться со своими худыми наклонностями и пороками и стараться встать на путь добродетельной христианской жизни. Это должна быть борьба... Не знаю, правильно ли я изъясняюсь...
– То, о чем пишет этот брат, присуще каждому из нас. Каждый о себе думает высоко, каждый хочет считать, что он не хуже другого. Все мы заражены тщеславием и самовозношением. А этот недостаток очень опасный. Апостол Павел заповедал: каждый из нас должен стремиться испытывать такие же чувствования, какие были во Христе Иисусе. Он, будучи Богом, умалил, уничижил Себя, приняв образ раба. Каждый в своем сердце должен ближнего своего считать лучше себя, а себя худшим, смиренно о себе помышлять, не превозноситься – вот чувство христианина, каким оно должно быть. Тогда уже не будет ни ревности, ни жадности, ни соперничества. Но эти чувства надо воспитывать трудом, наживать.
– Духовного отца нужно искать по расположению своей души, когда вы доверяете своему духовному отцу во всем и сердце ваше раскрывается перед ним и вы все тайны своей души доверяете ему, чувствовать, что вы получаете от этого духовную пользу, что он руководит вами, утешает, помогает вам, дает наставления, поучения. Если духовник в каком-то отношении не отвечает своим требованиям, то вы можете, не смущаясь, оставить его, перейти к другому духовнику, который больше доставляет вам душевной пользы, отвечает вашим нуждам. Здесь такого закона, который бы обязывал, прикреплял нет... Избирайте все расположением своей души. От кого получаете больше душевной пользы, к тому прибегайте и держитесь.
– К сожалению, я этого не знаю. Надо ведь поездить, побывать лично в женских обителях и посмотреть на их внутреннюю духовную жизнь и тогда делать заключение для суда. Мы дальше обители Преподобного Сергия никуда не выезжаем. Конечно, этот вопрос сейчас очень актуальный и важный, серьезный вопрос. Беда в том, что у нас мало опытных духовных лиц в мужских монастырях, а для женских монастырей нет опытных духовных стариц, которые бы окормляли молодых, новоначальных. И это, конечно, очень большой пробел, что же делать. Но говорить о том, что монастыри совсем не надобны, поскольку там нет улучшения духовной жизни, тоже будет не совсем правильным. Тем, которых Господь призывает к монашеской жизни, Он дает силы и разум, дает терпение. И пусть в монастыре жизнь бывает скудна в духовном, нравственном смысле, но община собрана там во имя Христово. И если человек пришел туда с целью спасения своей души, я думаю, что Господь будет подавать человеку и утешение, и подкрепление, и совершенствование в своей духовной жизни. Хотя ему придется столкнуться и с большими неприятностями, и с переживаниями, и с неудобствами, но тем не менее спасение совершаться будет.
– Ребенка взять? Взять, конечно, можно, но и осторожно. Я знаю, что некоторые брали, а дети вырастали потом такие непокорные, непослушные, что родители просто отчаивались. Для детей все-таки большое влияние имеет наследственность...
– Думаю, можно, если разумно к этому относиться.
– Куда кого Господь призывает. у каждого человека есть призвание Божие. Прислушайтесь, к какому образу жизни Господь призывает: если к уединенному – идите, если на поприще служения ближнему – следуйте этому призванию.
– Старцы – не знаю, а старики есть.
– Мой ответ – да. Были духовные старцы, которые не имели сана.
– Если взять сейчас в пример семьи духовных лиц, священников, то там, я думаю, все семьи образцовые. В обычных семьях брак сейчас разрушается, наблюдается развал семьи...
– Раньше в обителях духовная жизнь была поставлена в закон, послушники имели обычай ежедневного исповедания себя и на исповеди полностью раскрывали себя. Это давало возможность следить им за своими помыслами. Старцы, если были какие-то отклонения, давали правильное направление, и таким образом человек шел правильным путем в духовной жизни. В настоящее время у нас завести такой обычай, к сожалению, возможности не представляется, в монастырях нет духовников. Большое количество новоустрояющихся монастырей, братия и сестры бывают много заняты работой по восстановлению обителей, у них не хватает времени, и ни одна игумения на даст благословения на введение такого порядка. Поэтому если кто печется о спасении своей души, то записывайте свои грехи, это дело похвальное, это делать можно и нужно. И на исповеди старайтесь договориться с духовником, чтобы он выслушивал вас и давал вам больше времени открыть свои грехи, исповедоваться. Наплыв греховных мыслей надо обязательно на исповеди открывать духовнику. Бодрствовать, трезвиться над своими помыслами – это вменяется в обязанность каждому, это заповедано святыми отцами.
– В монастырь нужно идти по призванию. В монастыре человек отмирает, отсекает свою волю, приобретает там послушание и смирение. А когда человек сам по себе, один – он в своей воле живет, и об отсечении воли, о духовном совершенстве уже речи быть не может. Монастыри – отречение от своей воли, через это достигаются основные добродетели монашеские – смирение и послушание. Человек через эти добродетели очищается, убеляется, ведь в монастыре он проходит разные испытания. Один, сам по себе, человек не сможет этого достичь.
– Считаю, что можно. Если у человека, например, язва... Мне кажется, можно – как лекарство.
– Душу все-таки, наверное, обуяла гордость. Надо прибегнуть к смирению, самоукорению.
– К этому вопросу надо подойти трезво, разумно: Господь не благословил, отводит его от этого лица для его же пользы. Надо положиться на волю Божию, Господь желает ему пользы, поэтому скорбеть не должно.
– Всякий порок врачуется противоположными добродетелями, и надо себя нудить. Царство Божие нудится, и употребляющий усилия восхищает его. Условие нашего совершенствования, спасения – обязательно надо употреблять усилия. Без наших усилий приобрести добродетели мы не сможем. Если порок борет, значит, надо употреблять силы, делать противоположные пороку дела, трудом врачевать все наши немощи и страсти, а если опустить руки в лености, пустить на самотек наши немощи, страсти будут умножаться.