"Все Божие живо и пребывает всегда"

Паремии праздника Преображения Господня

Книга Исхода (24, 12–18)

И сказал Господь Моисею: взойди ко Мне на гору и будь там; и дам тебе скрижали каменные, и закон, и заповеди, которые Я написал для научения их. И встал Моисей с Иисусом, служителем своим, и пошел Моисей на гору Божию, а старейшинам сказал: оставайтесь здесь, доколе мы не возвратимся к вам; вот Аарон и Ор с вами; кто будет иметь дело, пусть приходит к ним. И взошел Моисей на гору, и покрыло облако гору, и слава Господня осенила гору Синай; и покрывало ее облако шесть дней, а в седьмой день [Господь] воззвал к Моисею из среды облака. Вид же славы Господней на вершине горы был пред глазами сынов Израилевых, как огонь поедающий. Моисей вступил в средину облака и взошел на гору; и был Моисей на горе сорок дней и сорок ночей.

В первой паремии мы слышим о восхождении Моисея на гору Синай, чтобы получить заповеди Божии. О них было до этого объявлено народу, и все выразили согласие следовать повелениям Божиим. Но Бог, зная непостоянство воли как отдельного человека, так и целого народа, повелел Моисею подняться на гору и быть там до того момента, который Он укажет. Он обещал дать Моисею каменные скрижали, на которых будут написаны заповеди. Скрижали – это две отполированные каменные доски, на которых каждое слово закона как высечено, то есть неизменно на все века, постоянно, непоколебимо, твердо, надежно, несомненно. Написаны они Богом, даны Богом народу, и Бог обещал хранить Свой народ, если народ будет верен Ему. Скрижали Завета каменные – как знак прочности, но они вполне легко поднимались, что символизировало то, что исполнить повеления Божии под силу человеку и всему народу. Это и факт, и образ. Моисей легко нес их с горы, пока не увидел беззакония народа, но об этом позже.
На Синай Моисея сопровождал Иисус, которого Моисей готовил себе в преемники. Поднялся же на вершину горы он один и наедине беседовал с Богом. У подножия горы остались семьдесят старейшин, которым Моисей заповедал в молчании дожидаться его. Когда Моисей поднялся к вершине горы, то увидел облако – знак присутствия Божия. Слава Божия, как сияющее облако, шесть дней покрывала гору, и все шесть дней Моисей молча ждал, когда Господь позовет его. Зачем так долго? Чтобы за это время, оставив всякое "житейское попечение", молча, сосредоточенно, благоговейно взирая на близкое и недоступное сияние Божества, подготовиться к беседе с Богом. Облако, вероятно, только для Моисея было светозарным и не пугало его. Израильтяне же видели его как грозовое, постоянно озаряемое вспышками молний, так что вершина горы им казалась пламенной.
Когда Моисей услышал зов, то поднялся на вершину, вошел в облако и пробыл там сорок дней, включая и те шесть дней, которые провел в ожидании. Чем он питался тогда? Скорее всего, ему даже не приходила мысль о еде. Если вдохновленные какой-нибудь идеей творцы земных ценностей могут забыть на время обо всем на свете, то тем более Моисей, подготовленный прежним опытом воздержания и увлеченный открывшимся ему горним миром, мог не думать ни о каких житейских потребностях.
Почему этот момент Исхода вспоминается на Преображение? Потому что Преображение напоминает восхождение Моисея на Синай и явление ему Бога в облаке.

Вот какие параллели можно провести: Синай был покрыт облаком, в котором звучал голос Божий, – и Фавор оделся облаком, из которого ученики Христовы услышали голос Отца Небесного.
На Синай были допущены избранники народа – и на Фавор поднялись лишь избранные из избранных ученики Христовы. На Синае Моисей трепетал и радовался близости Божией – и на Фаворе ученики вскричали от страха сначала (Мк. 9, 6), потом обрадовались так, что не помнили и не понимали того, что говорили.
На Синае Моисей получил заповеди Божии, и на Фаворе ученики услышали краткое изложение воли Отца Небесного, Который в немногих словах засвидетельствовал о Христе как о Своем возлюбленном Сыне и повелел: Его слушайте. Это можно назвать двумя новозаветными скрижалями, на которых утверждались вера и послушание.
Моисей получил заповеди Ветхого Завета на Синае и, явившись на Фаворе, подтвердил конец Ветхого и начало Нового Завета, склонив перед Христом голову, как некогда на Синае перед Богом.
Моисей принес народу заповеди Божии, и ученики Христовы передали всем повеление слушать Господа, сказавшего в Евангелии все необходимое для спасения.

Книга Исхода (23, 11–23; 24, 4–6, 8)

И говорил Господь с Моисеем лицем к лицу, как бы говорил кто с другом своим; и он возвращался в стан; а служитель его Иисус, сын Навин, юноша, не отлучался от скинии. Моисей сказал Господу: вот Ты говоришь мне: веди народ сей, а не открыл мне, кого пошлешь со мною, хотя Ты сказал: "Я знаю тебя по имени, и ты приобрел благоволение в очах Моих"; итак, если я приобрел благоволение в очах Твоих, то молю: открой мне путь Твой, дабы я познал Тебя, чтобы приобрести благоволение в очах Твоих; и помысли, что сии люди Твой народ. [Господь] сказал [ему]: Сам Я пойду [пред тобою] и введу тебя в покой. [Моисей] сказал Ему: если не пойдешь Ты Сам [с нами], то и не выводи нас отсюда, ибо по чему узнать, что я и народ Твой обрели благоволение в очах Твоих? не потому ли, когда Ты пойдешь с нами? тогда я и народ Твой будем славнее всякого народа на земле. И сказал Господь Моисею: и то, о чем ты говорил, Я сделаю, потому что ты приобрел благоволение в очах Моих, и Я знаю тебя по имени. [Моисей] сказал: покажи мне славу Твою. И сказал [Господь Моисею]: Я проведу пред тобою всю славу Мою и провозглашу имя Иеговы пред тобою, и кого помиловать – помилую, кого пожалеть – пожалею. И потом сказал Он: лица Моего не можно тебе увидеть, потому что человек не может увидеть Меня и остаться в живых. И сказал Господь: вот место у Меня, стань на этой скале; когда же будет проходить слава Моя, Я поставлю тебя в расселине скалы и покрою тебя рукою Моею, доколе не пройду; и когда сниму руку Мою, ты увидишь Меня сзади, а лице Мое не будет видимо [тебе]. И вытесал Моисей две скрижали каменные, подобные прежним, и, встав рано поутру, взошел на гору Синай, как повелел ему Господь; и взял в руки свои две скрижали каменные. И сошел Господь в облаке, и остановился там близ него, и провозгласил имя Иеговы. И прошел Господь пред лицем его и возгласил: Господь, Господь, Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный. Моисей тотчас пал на землю и поклонился [Богу].

Вторая паремия продолжает рассказывать о Моисее. Пока он был на Синае, народ (хотя и обещал хранить заповеди) делал что хотел. Моисея не было рядом, и все, как неразумные дети, сразу же вернулись к привычному: праздник урожая шумно отмечали перед отлитым тельцом. Бог дал знать об этом Моисею, намереваясь истребить народ, такой неверный и непостоянный. Моисей стал умолять Бога простить народ. Просить издали легче. Как только Моисей стал спускаться с горы и сам увидел гулянье и пляски перед тельцом, он тут же с досадой разбил скрижали. К чему они, если люди не хотят ни о чем думать? Бесполезное знамение нарушенного завета – разбитые скрижали – только терзали душу Моисея, еще хранившего в памяти величие милости Божией к народу. На следующий день, наказав зачинщиков бесчинства и разбив идола, Моисей опять вошел в гору, где сорок дней молился о прощении непослушного народа. Господь склонился на милость, но сказал, что теперь Сам Он не будет сопутствовать им, а повелит ангелу Своему. До этого шатер, временно заменявший скинию, был среди народа. Над ним временами появлялся столп облачный как знак присутствия Божия. Моисей входил в шатер и беседовал с Богом. Теперь шатер был вне стана. Каждый мог смотреть на него только издали, зная, что вызвано это грехопадением народа. Моисей входил в шатер, к которому никто не смел приблизиться. Зная это, легче понять смысл читаемых строк паремии.
Глагола Господь к Моисею... Общение Моисея с Богом удивительно тем, что Господь без посредника, не в прикровенных образах или знамениях, а просто, как друг, беседовал, открывая тем ему тайну Своего снисхождения. Тайна эта в том, что Бог может устранить все препятствия, не подчеркивать разницы между Творцом и творением, чтобы человек поверил: Бог хочет в нем видеть друга. Друг может не бояться Его, только любить безгранично и преданно. Из ветхозаветных праведников только Моисей явил нам пример такого друга. Близость в общении с Богом укрепляла Моисея в трудах его чрезвычайного служения. Для народа это тоже важно было, чтобы он учился уважать и повиноваться для своей же пользы. Моисей входил в шатер для беседы с Богом, оставляя как сторожа Иисуса Навина. Теперь, помня сказанное об ангеле, Моисей говорит Богу, что не знает, кто будет вести их. Говорит это потому, что в душе он очень не хотел, чтобы Бог отступил от Своего народа. Напоминая о прежних обетованиях Моисею, вождь народа Израилева просит явных доказательств того, что Бог снова будет с ними, будет их руководителем и тем докажет всем племенам и народам, что народ израильский – Божий народ, избранный народ. Бог обещает как прежде вести народ и успокаивать его. Однако Моисей настойчиво повторяет, что готов отказаться от надежды прийти в обетованную землю, готов остаться в пустыне, если Бог не пойдет Сам с ними. Почему Моисей не хочет успокоиться? Он не уверен в людях, боится за них и спешит заручиться обещанием Божиим, хочет услышать снова от Бога, что Он не оставит народ Свой, если он и опять окажется непостоянным и неверным. Бог подтверждает прежде данное обещание Моисею. Моисей с еще большим дерзновением просит показать славу Божию. Чего он хочет? Слава Божия явлена ему в облаке, он видел ее на Синае, в скинии. Теперь он хочет видеть Бога лицом к лицу. Хочет, чтобы ничто не мешало, не заслоняло, не туманило этого видения: ни облако, ни дым, ни огонь, никакая тень. Бог ему обещает, добавляя: воззову о имени Моем, то есть через Бога Сына, Который может являться в чувственном образе, тогда как видеть Бога Отца так невозможно для смертного. Сейчас, как ответ Бога, Моисей слышит: помилую, егоже аще милую, то есть милость и щедрость откроет ему Бога, но увидеть Бога лицом к лицу невозможно ни для кого из смертных. Безопаснее Моисею укрыться в расселине скал, и Бог покроет его, чтобы лучи Божества не повредили немощному человеку, хотя бы и Моисею. После этого велено было подготовить новые скрижали и подняться на Синай. Там снова будут начертаны заповеди Божии. На Синае Моисей видит славу Божию и кланяется Богу в благоговейном трепете.
На Преображение это читается потому, что на Фаворе Моисей увидел обещанное ему Богом: через Иисуса Христа он увидел Бога лицом к лицу, как и просил прежде. Он получил исполнение прошения через века. Теперь не надо прятаться в щель, теперь в лице Бога Слова Моисей видит подтверждение обещанной милости и щедрости. Сын Божий, ставший Богочеловеком, Которого могли видеть люди, – Тот же неприступный Бог, Который хранит верность избранному народу, включая в число избранников всех верных христиан. В Новом Завете обетования Божии приобрели полную ясность и конкретность для тех, к кому обращено слово Божие: Того послушайте.

3 Книга Царств (19, 3–9, 11–13, 15–16)

Увидев это, он встал и пошел, чтобы спасти жизнь свою, и пришел в Вирсавию, которая в Иудее, и оставил отрока своего там. А сам отошел в пустыню на день пути и, придя, сел под можжевеловым кустом, и просил смерти себе, и сказал: довольно уже, Господи; возьми душу мою, ибо я не лучше отцов моих. И лег, и заснул под можжевеловым кустом. И вот, Ангел коснулся его и сказал ему: встань, ешь [и пей]. И взглянул Илия, и вот, у изголовья его печеная лепешка и кувшин воды. Он поел, и напился, и опять заснул. И возвратился Ангел Господень во второй раз, коснулся его и сказал: встань, ешь [и пей], ибо дальняя дорога пред тобою. И встал он, поел и напился, и, подкрепившись тою пищею, шел сорок дней и сорок ночей до горы Божией Хорива. И вошел он там в пещеру, и ночевал в ней. И вот, было к нему слово Господне, и сказал ему Господь: что ты здесь, Илия? И сказал: выйди и стань на горе пред лицем Господним, и вот, Господь пройдет, и большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом, но не в ветре Господь; после ветра землетрясение, но не в землетрясении Господь; после землетрясения огонь, но не в огне Господь; после огня веяние тихого ветра, [и там Господь]. Услышав сие, Илия закрыл лице свое милотью своею, и вышел, и стал у входа в пещеру. И был к нему голос и сказал ему: что ты здесь, Илия? И сказал ему Господь: пойди обратно своею дорогою чрез пустыню в Дамаск, и когда придешь, то помажь Азаила в царя над Сириею, а Ииуя, сына Намессиина, помажь в царя над Израилем; Елисея же, сына Сафатова, из Авел-Мехолы, помажь в пророка вместо себя.

Третья паремия посвящена второму участнику славы Преображения – пророку Илии.
Пророк Илия чудесно доказал всему народу истинность отеческой веры в единого Бога, освободил от влияния служителей Ваала и убежал от гнева Иезавели. Казалось бы, ему, заключившему небо и низведшему дождь, бояться Иезавели? Блаженный Феодорит говорит, что и пророку (особенно после явных чудес) допускалось перенести тяжелое состояние души, чтобы не подпасть власти гордости, стать надменным. Страх ослабляет душу, угнетает, а пережитое напоминает о собственной немощи. Илия боялся Иезавели не потому, что она могла его убить. Смерть казалась ему избавлением от страданий. Ему казалось невыносимой мысль о том, что злоба Иезавели приведет к искоренению истинного богопочитания. Он бежал в Вирсавию, но там не остался, пошел в пустыню один, отпустив слугу. День шел по Аравийской пустыне, как раз там, где когда-то проходили израильтяне, направляясь к земле обетованной. Подавленное настроение не рассеивалось. Присев в жидкую тень можжевелового куста, уставший, голодный, расстроенный, он мучился от того, что все его усилия восстановить истинное богопочитание ни к чему не привели. Казалось, что легче умереть, чем мириться с этим. И Илия просит у Бога смерти. С такими мыслями он заснул под этим же кустом. Ангел Божий разбудил его, велел встать и поесть. Илия увидел хлеб и воду. Вряд ли он ясно видел ангела (если б так было, он бы окончательно проснулся и больше не заснул), скорее всего, он был в полудремоте. Воду и хлеб он не только видел, но и подкрепился, заснув снова. И снова его будит тот же голос. Илия снова ест, окончательно просыпается и понимает, что надо идти. Встает и идет к Хориву. Шел Илия сорок дней и ночей. Почему так долго? Видимо, он еле двигался, не в силах преодолеть внутреннего расслабления, усиленного усталостью, вынужденным постом, трудностью пути и плохим настроением. Наконец он нашел пещеру и укрылся в ней. Господь зовет его: "Зачем ты здесь, Илия?" Илия повторяет то же самое: алтари разрушены, пророки Божии убиты, остался он один, и его ищут, чтобы убить. Правда, смерти себе он уже не просит, но горечь одиночества отравляет жизнь. Надежда на Бога и упование на Него еще не воодушевили его смятенной души. В ответ Господь велит ему завтра выйти из пещеры и стать на открытом месте. Он услышит бурю, от которой горы будут трескаться и падать камни. Бурю сменит землетрясение. Пронесется огонь. Все это знамения приближения Господа, как было и на Синае. Но присутствие Божие не в этих мощных и устрашающих явлениях. Господь открылся в тихих звуках набежавшего ветерка. И вот, когда Илия ощутил присутствие Божие, он снова должен был ответить на вопрос: зачем он здесь? Он повторил то же самое, но уже без жалобы и смятения. Теперь он исповедует Богу свою вину: малодушие и страх. Господь повелел ему возвратиться туда, откуда он бежал, и продолжить свое служение.

Почему пророк Илия, бывший участником Преображения Господня на Фаворе, представлен в этот праздник воспоминаниями не лучших своих дней? Может быть, это для того, чтобы никто никогда не считал, что может без Бога чего-то достичь, понять, усвоить. Пророк Илия был ревностен и решителен, пока Бог давал ему мужество и силы. Тот же пророк пережил усталость и малодушие, когда Бог дал ему понять, что все творит Он, а человек тогда силен и смел, когда Бог с ним. Пример пророка Илии, ощутившего Бога в легком дыхании ветерка и исповедавшего Ему свою немощь и страх, будет всем верным указанием пути: к сиянию славы Божией на Фаворе шли великие избранники Божии путем трудным, скорбным и самоотверженным. Здесь, на Фаворе, для Илии было и откровение Святой Троицы в словах: изыди, и стани... пред Господем. Господь говорит (то есть Бог Отец) и Господь призывает предстать Господу (Богу Сыну), что возможно услышать и понять при действии Святого Духа. Последовал этому повелению пророк Илия уже окончательно, представ Господу Иисусу Христу на Фаворе. Все они – и пророк Илия, и пророк Моисей для Новозаветной Церкви явили связь времен и исполнение повелений Господних, для которых нет преград, нет изменения, нет прошлого. Все Божие живо и пребывает всегда.

Епископ ВИССАРИОН (Нечаев)
Фото Евгения Крылова